Стихи классиков

Колеблются стебли зеленой долины...

Колеблются стебли зеленой долины,
Их красит цветов разноцветный убор.
А справа и слева дымятся вершины,
Дымятся вершины торжественных гор.

Я бросил свой дом, он исчез за горами,
Оставил навеки родную семью.
Под Небом глубоким с его облаками,
Меж гор многоснежных, в раздумьи стою.

Я жду, чтобы брызнули краски рассвета,
Чтоб легкий от гор удалился дымок.
Но в сердце напрасно ищу я ответа,
Где Запад и Север, где Юг и Восток.

Бова

Часто, часто я беседовал
С болтуном страны Эллинския
И не смел осиплым голосом
С Шапеленом и с Рифматовым
Воспевать героев севера.
Несравненного Виргилия
Я читал и перечитывал,
Не стараясь подражать ему
В нежных чувствах и гармонии.
Разбирал я немца Клопштока
И не мог понять премудрого!
Не хотел я воспевать, как он;
Я хочу, чтоб меня поняли
Все от мала до великого.
За Мильтоном и Камоэнсом
Опасался я без крил парить:
Не дерзал в стихах бессмысленных
Херувимов жарить пушками,

Люблю я красавицу ...

Люблю я красавицу
С очами лазурными:
О! в них не обманчиво
Душа её светится!
И если прекрасная
С любовию томною
На милом покоит их,
Он мирно блаженствует,
Вовек не смутит его
Сомненье мятежное.
И кто не доверится
Сиянью их чистому,
Эфирной их прелести,
Небесной души её
Небесному знаменью?

Леда

Средь темной рощицы, под тенью лип душистых,
В высоком тростнике, где частым жемчугом
  Вздувалась пена вод сребристых,
  Колеблясь тихим ветерком,
  Покров красавицы стыдливой,
Небрежно кинутый, у берега лежал,
И прелести ее поток волной игривой
  С весельем орошал.

  Житель рощи торопливый,
  Будь же скромен, о ручей!
  Тише, струйки говорливы!
  Изменить страшитесь ей!

  Леда робостью трепещет,
  Тихо дышит снежна грудь,
  Ни волна вокруг не плещет,
  Ни зефир не смеет дуть.

Еврейская мелодия («Я видал иногда, как ночная звезда...»)

Я видал иногда, как ночная звезда
   В зеркальном заливе блестит;
Как трепещет в струях, и серебряный прах
   От нее рассыпаясь бежит.

Но поймать ты не льстись и ловить не берись:
   Обманчивы луч и волна.
Мрак тени твоей только ляжет на ней —
   Отойди ж — и заблещет она.

Светлой радости так беспокойный призрак
   Нас манит под хладною мглой;
Ты схватить — он шутя убежит от тебя!
   Ты обманут — он вновь пред тобой.

Поется под гитару

Я —
Словами так немощно
Нем:
Изречения мои — маски…
И —
Рассказываю
Вам всем —
—Рассказываю
Сказки, —
—Потому что —
Мне так суждено,
А почему —
Не понимаю; —
—Потому что —
Все давно ушло во тьму,
Потому что — все равно:
Не знаю, или знаю…
Потому что мне скучно — везде…
Потому что сказка — изумрудная,
Где —
Все — иное…
Потому что так хочется в брызнь
Утех;
Потому что: трудная
Жизнь
у всех —
—С одною развязкою…
Потому что, —

Мечтатель

По небу крадется луна,
  На холме тьма седеет,
На воды пала тишина,
  С долины ветер веет,
Молчит певица вешних дней
  В пустыне темной рощи,
Стада почили средь полей,
  И тих полет полнощи;

И мирный неги уголок
  Ночь сумраком одела,
В камине гаснет огонек,
  И свечка нагорела;
Стоит богов домашних лик
  В кивоте небогатом,
И бледный теплится ночник
  Пред глиняным пенатом.

Конь и всадник

Какой-то Всадник так Коня себе нашколил,
  Что делал из него всё, что́ изволил;
  Не шевеля почти и поводов,
   Конь слушался его лишь слов.
  «Таких коней и взнуздывать напрасно»,
   Хозяин некогда сказал:
   «Ну, право, вздумал я прекрасно!»
И, в поле выехав, узду с Коня он снял.
    Почувствуя свободу,
  Сначала Конь прибавил только ходу
      Слегка,
И, вскинув голову, потряхивая гривой,
   Он выступкой пошел игривой,
   Как будто теша Седока.
Но, сметя, как над ним управа не крепка,

Венеция

Восемь лет в Венеции я не был…
Всякий раз, когда вокзал минуешь
И на пристань выйдешь, удивляет
Тишина Венеции, пьянеешь
От морского воздуха каналов.
Эти лодки, барки, маслянистый
Блеск воды, огнями озаренной,
А за нею низкий ряд фасадов
Как бы из слоновой грязной кости,
А над ними синий южный вечер,
Мокрый и ненастный, но налитый
Синевою мягкою, лиловой,—
Радостно все это было видеть!

30.VIII.13

Морозные узоры

Бьют часы. Бегут мгновенья.
Вечер вспыхнул и погас.
И настойчивы мученья
В этот поздний горький час.
Луч Луны кладет узоры
На морозное стекло.
Сердца трепетные взоры
Ищут правды, видят зло.
Нет отрады, нет привета
Вне Земли и на Земле,
В царстве солнечного света,
И в холодной лунной мгле.
Мир молчит, а сердце внемлет,
Мчатся годы и века,
Не заснет и не задремлет
Неустанная тоска.
В Небесах плывут Светила
Безутешной чередой,
И бессменно и уныло
Тучи стелются грядой.

Страницы