Красивые стихи

Первый из пяти

Разиньте
       шире
      глаза раскаленные,
в газету
   вонзайте
       зрачков резцы.
Стройтесь в ряды!
       Вперед, колонны
первой
   армии
      контрольных цифр.
Цифры выполнения,
         вбивайте клинья,
цифры повышений,
           выстраивайтесь, стройны!
Выше взбирайся,
       генеральная линия
индустриализации
       Советской страны!
Множьтесь, единицы,
         в грабли и вилы.
Перед нулями
      станьте на-караул.
Где вы,

Гомперс

Из вас
          никто
       ни с компасом,
                 ни без компаса —
никак
         и никогда
             не сыщет Гомперса.
Многие
    даже не знают,
             что это:
фрукт,
          фамилия
             или принадлежность туалета.
А в Америке
         это имя
         гремит, как гром.
Знает каждый человек,
            и лошадь,
              и пес:
—А!
    как же
           знаем,
         знаем —
                  знаменитейший,

Трудовая взаимопомощь инвентарем

1.Неурожайный голодный год
подорвал вконец крестьянский скот.

2.Промышленность разорило долгой войной,
нет ни трактора, ни сеялки, ни машины иной.

3.Мало крестьян живет в счастье.
Нет инвентаря у большей части.

4.У одного и плуг, и семян немало,
пахал бы — да лошадь взяла и пала.

5.У другого лошадь пасется средь луга.
Да нет у него ни семян, ни плуга.

6.Чтоб не было ни одному, ни другому туго, —
объединимся и выручим друг друга.

Крестьянин и разбойник

   Крестьянин, заводясь домком,
Купил на ярмарке подойник, да корову,
    И с ними сквозь дуброву
Тихонько брел домой проселочным путем,
   Как вдруг Разбойнику попался.
Разбойник Мужика как липку ободрал.
«Помилуй», всплачется Крестьянин: «я пропал,
   Меня совсем ты доканал!
Год целый я купить коровушку сбирался:
  Насилу этого дождался дня».—
   «Добро, не плачься на меня»,
   Сказал, разжалобясь, Разбойник:
«И подлинно, ведь мне коровы не доить;
     Уж так и быть,
   Возьми себе назад подойник».

Сын царский умирает в Ницце...

Сын царский умирает в Ницце —
И из него нам строют ков…
«То казнь отцу за поляков», —
Вот, что мы слышим здесь, в столице…
Из чьих понятий диких, узких,
То слово вырваться могло б?..
Кто говорит так: польский поп,
Или министр какой из русских?
О эти толки роковые,
Преступный лепет и шальной
Всех выродков земли родной,
Да не услышит… Да не грянет.
И отповедью — да не грянет
Тот страшный клич, что в старину:
«Везде измена — царь в плену!» —
И Русь спасать его не встанет.

Сонет («Любви возврата нет, и мне как будто жаль...»)

Любви возврата нет, и мне как будто жаль
Бывалых радостей и дней любви бывалых;
Мне не сияет взор очей твоих усталых,
Не озаряет он таинственную даль…

Любви возврата нет,— и на душе печаль,
Как на снегах вокруг осевших, полуталых.
—Тебе не возвратить любви мгновений алых:
Любви возврата нет,— прошелестел февраль.

И мириады звезд в безводном океане
Мигали холодно в бессчетном караване,
И оскорбителен был их холодный свет:

Кавказу

Кавказ! далекая страна!
Жилище вольности простой!
И ты несчастьями полна
И окровавлена войной!..
Ужель пещеры и скалы
Под дикой пеленою мглы
Услышат также крик страстей,
Звон славы, злата и цепей?…
Нет! прошлых лет не ожидай,
Черкес, в отечество свое:
Свободе прежде милый край
Приметно гибнет для нее.

Памяти одной

Помню, помню: вечер нежный;
За окном простор безмолвный;
Белой яблони цветы;
Взор твой, милый, неизбежный,
Миги катятся, как волны,
В целом мире— я и ты.

Помню, помню! это было, —
Словно в пропасти глубокой,
Да, пятнадцать лет назад!
Время птицей легкокрылой
Унесло меня далеко—
В новый рай и в новый ад.

Розы, лавры, олеандры,
Лица с черными глазами,
Плеск побед, падений стыд…
Как в видении Кассандры,
Тень Стигийская меж нами,
Окровавлена, стоит.

Посвящение («Мой факел старый, просмоленный...»)

Н. Львовой

Мой факел старый, просмоленный,
Окрепший с ветрами в борьбе,
Когда-то молнией зажженный,
Любовно подаю тебе.

Своей слабеющей светильней
Ожесточенный пламень тронь:
Пусть вспыхнет ярче и обильней
В руках трепещущих огонь!

Вели нас разные дороги,
На миг мы встретились во мгле.
В час утомленья, в час тревоги
Я был твой спутник на земле.

Не жду улыбки, как награды,
Ни нежно прозвучавших слов,
Но долго буду у ограды
Следить пути твоих шагов.

По поводу Chefs D'Œuvre

Ты приняла мою книгу с улыбкой,
Бедную книгу мою…
Верь мне: давно я считаю ошибкой
Бедную книгу мою.

Нет! не читай этих вымыслов диких,
Ярких и странных картин:
Правду их образов, тайно великих,
Я прозреваю один.

О, этот ропот больных искушений,
Хохот и стоны менад!
То — к неземному земные ступени,
Взгляд — до разлуки — назад.

Вижу, из сумрака вышедши к свету,
Путь свой к лучам золотым;
Ты же на детскую долю не сетуй:
Детям их отблеск незрим!

Страницы