Стихи для школьников

Небольшие стихи русского советского поэта Дмитрия Кедрина. Стихи о войне.

Ты говоришь, что наш огонь погас...
Дмитрий Кедрин
Ты говоришь, что наш огонь погас,
Твердишь, что мы состарились с тобою,
Взгляни ж, как блещет небо голубое!
А ведь оно куда старее нас...
1944
Вот и вечер жизни. Поздний вечер...
Дмитрий Кедрин
Вот и вечер жизни. Поздний вечер.

Моей матери

Друг, посмотри, как в равнине небесной
Дымные тучки плывут под луной,
Видишь, прорезал эфир бестелесный
Свет ее бледный, бездушный, пустой?

Полно смотреть в это звездное море,
Полно стремиться к холодной луне!
Мало ли счастья в житейском просторе?
Мало ли жару в сердечном огне?

Месяц холодный тебе не ответит
Звезд отдаленных достигнуть нет сил…
Холод могильный везде тебя встретит
В дальней стране безотрадных светил…

Июль 1898

Двадцатый век

Ревёт в турбинах мощь былинных рек,
Ракеты, кванты, электромышленье…
Вокруг меня гудит двадцатый век,
В груди моей стучит его биенье.

И если я понадоблюсь потом
Кому-то вдруг на миг или навеки,
Меня ищите не в каком ином,
А пусть в нелёгком, пусть в пороховом,
Но именно в моём двадцатом веке.

Ведь он, мой век, и радио открыл,
И в космос взмыл быстрее ураганов,
Кино придумал, атом расщепил
И засветил глаза телеэкранов.

1976 г.

Когда неопытен я был ...

Когда неопытен я был,
У красоты самолюбивой,
Мечтатель слишком прихотливый,
Я за любовь любви молил;
Я трепетал в тоске желанья
У ног волшебниц молодых,
Но тщетно взор во взорах их
Искал ответа и узнанья!
Огонь утих в моей крови;
Покинув службу Купидона,
Я променял сады любви
На верх бесплодный Геликона.
Но светлый мир уныл и пуст,
Когда душе ничто не мило:
Руки пожатье заменило
Мне поцелуй прекрасных уст.

Осенняя элегия

1

Медлительной чредой нисходит день осенний,
Медлительно крутится желтый лист,
И день прозрачно свеж, и воздух дивно чист –
Душа не избежит невидимого тленья.
Так, каждый день старается она,
И каждый год, как желтый лист кружится,
Все кажется, и помнится, и мнится
Что осень прошлых лет была не так грустна.

2

Урания

Открылось! — Не мечта ль? Свет новый! Нова сила
Мой дух восторженный, как пламень, облекла!
Кто, отроку, мне дал парение орла! —
Се муз бесценный дар!— се вдохновенья крыла!
Несусь,— и дольный мир исчез передо мной, —
     Сей мир, туманною и тесной
     Волнений и сует обвитый пеленой, —
     Исчез!— Как солнца луч златой,
     Коснулся вежд эфир небесный…
         И свеял прах земной…
Я зрю превыспренных селения чудесны…
Отсель — отверзшимся таинственным вратам —
     Благоволением судьбины

Путешественник

В городе волны по улицам бродят,
Ловят детей, гувернанток и дам,
Люди естественным это находят,
Сами они подражают волкам.

В городе волки, и волки на даче.
А уж какая их тьма на Руси!
Скоро уж там не останется клячи…
Ехать в деревню… теперь-то? Merci!

Прусский барон, опоясавши выю
Белым жабо в три вершка ширины,
Ездит один, изучая Россию,
По захолустьям несчастной страны:

Осень листья темной краской метит...

Осень листья темной краской метит:
не уйти им от своей судьбы!
Но светло и нежно небо светит
сквозь нагие черные дубы,

что-то неземное обещает,
к тишине уводит от забот—
и опять, опять душа прощает
промелькнувший, обманувший год!

Каплун и сокол

Приветы иногда злых умыслов прикраса.
      Один
    Московский гражданин,
    Пришлец из Арзамаса,
Матюшка-долгохвост, по промыслу каплун,
   На кухню должен был явиться
И там на очаге с кухмистером судиться.
Вся дворня взбегалась: цыпь! цыпь! цыпь! цыпь!— Шалун
      Проворно,
    Смекнувши, что беда,
   Давай бог ноги! «Господа,
     Слуга покорный!
По мне, хотя весь день извольте горло драть,
Меня вам не прельстить учтивыми словами!
  Теперь: цыпь! цыпь! а там меня щипать,

Страницы