Стихи о мужчинах

Беспечность хуже всякого белогвардейца...

1.Беспечность хуже всякого белогвардейца.
    Для таких коммуна никогда не зардеется.

2.Расхлябанность — белогвардейщина вторая.
    Только дисциплина доведет до рая.

3.Третья белогвардейщина — советский бюрократ.
    Противней царского во сто крат.

Христиану Моргенштерну («От Ницше — Ты, от Соловьева — Я...»)

От Ницше — Ты, от Соловьева — Я:
Мы в Штейнере перекрестились оба…
Ты — весь живой звездою бытия
Мерцаешь мне из… кубового гроба.

Свергается стремительно звезда,
Сверкая в ослепительном убранстве: —
За ней в обетованный край,— туда —
Пустынями сорокалетних странствий!

Расплавлены карбункул и сапфир
Над лопнувшей трубою телескопа…
Тысячекрылый, огнекрылый мир!
Под ним — испепеленная Европа!..

Раньше. Теперь

1.«Мы победим!» —
                    говорили мы.
    «Утопия! —
         говорила буржуазия. —
    В порошок сотру,
                лень только нагибаться до́ пола!»

2.А через несколько времени
               в утопии и утопла.

Теон и Эсхин

Эсхин возвращался к пенатам своим,
  К брегам благовонным Алфея.
Он долго по свету за счастьем бродил —
  Но счастье, как тень, убегало.

И роскошь, и слава, и Вакх, и Эрот —
  Лишь сердце они изнурили;
Цвет жизни был сорван; увяла душа;
  В ней скука сменила надежду.

Уж взорам его тихоструйный Алфей
  В цветущих брегах открывался;
Пред ним оживились минувшие дни,
  Давно улетевшая младость…

Песня Замы

Силен и строен мой милый, нет равного
В мире красавца ему,
В поле средь брани, средь игрища славного
Мало двоих одному.
Метко бросает он стрелы летучие,
Храбро владеет мечом,
Гордо глядят его взоры кипучие,
Ловко он правит конем.
Бровь соболиная, волосы черные,
Небо и пламень — глаза,
Речь сладкозвучная — волны подгорные,
Весь обольщенье, краса!
Светел, как отблески ярко-пурпурные
Солнца в прозрачной глуби.
Сладко смотреть ему в очи лазурные,
Дивные шепчут: люби!

Тургеневу, в ответ на его письмо

Друг, отчего печален голос, твой?
Ответствуй, брат, реши мое сомненье.
Иль он твоей судьбы изображенье?
Иль счастие простилось и с тобой?
С стеснением письмо твое читаю;
Увы! на нем уныния печать;
Чего не смел ты ясно мне сказать,
То все, мой друг, я чувством понимаю.
Так, и на твой досталося удел;
Разрушен мир фантазии прелестной;
Ты в наготе, друг милый, жизнь узрел;
Что в бездне сей таилось, все известно —
И для тебя уж здесь обмана нет.
И, испытав, сколь сей изменчив свет,

Вспомни, вспомни, друг мой милый...

Вспомни, вспомни, друг мой милый,
  Как сей день приятен был!
Небо радостно светило!
  Мнилось, целый мир делил
Наслаждение со мною!
  Год минувший — тяжкий сон!
Смутной, горестной мечтою
  Без возврата скрылся он.

Снова день сей возвратился,
  Снова в сердце тишина!
Вид природы обновился —
  И душа обновлена!
Что прошло — тому забвенье!
  Верный друг души моей,
Нас хранило Провиденье!
  Тот же с нами круг друзей!

Страницы