Стихи о судьбе

Пустоты отроческих глаз! Провалы...

Пустоты отроческих глаз! Провалы
В лазурь! Как ни черны — лазурь!
Игралища для битвы небывалой,
Дарохранительницы бурь.

Зеркальные! Ни зыби в них, ни лона,
Вселенная в них правит ход.
Лазурь! Лазурь! Пустынная до звону!
Книгохранилища пустот!

Провалы отроческих глаз!— Пролеты!
Душ раскаленных — водопой.
—Оазисы!— Чтоб всяк хлебнул и отпил,
И захлебнулся пустотой.

А.В. Луначарскому

В дни победы, где в вихре жестоком
Все былое могло потонуть,
Усмотрел ты провидящим оком
Над развалом зиждительный путь.

Пусть пьянил победителей смелых
Разрушений божественный хмель,
Ты провидел, в далеких пределах,
За смятеньем, конечную цель.

Стоя первым в ряду озаренном
Молодых созидателей, ты
Указал им в былом, осужденном,
Дорогие навеки черты.

В ослеплении поднятый молот
Ты любовной рукой удержал,
И кумир Бельведерский, расколот,
Не повергнут на свой пьедестал.

Волны устои стальные моют ...

Волны устои стальные моют.
Недвижный,
      страшный,
           упершись в бока
столицы,
     в отчаяньи созданной мною,
стоит
   на своих стоэтажных быках.
Небо воздушными скрепами вышил.
Из вод феерией стали восстал.
Глаза подымаю выше,
         выше…
Вон!
   Вон —
         опершись о перила моста̀…
Прости, Нева!
      Не прощает,
              гонит.
Сжалься!
     Не сжалился бешеный бег.
Он!
   Он —
     у небес в воспаленном фоне,

Выволакивайте будущее!

Будущее
   не придет само,
если
   не примем мер.
За жабры его,— комсомол!
За хвост его,— пионер!
Коммуна
       не сказочная принцесса,
чтоб о ней
          мечтать по ночам.
Рассчитай,
           обдумай,
         нацелься —
и иди
          хоть по мелочам.
Коммунизм
      не только
у земли,
      у фабрик в поту.
Он и дома
      за столиком,
в отношеньях,
      в семье,
         в быту.
Кто скрипит
      матершиной смачной

Что такое закон?

Закон — на улице натянутый канат,
Чтоб останавливать прохожих средь дороги,
   Иль их сворачивать назад,
    Или им путать ноги.
Но что ж? Напрасный труд! Никто назад нейдет!
   Никто и подождать не хочет!
Кто ростом мал — тот вниз проскочит,
   А кто велик — перешагнет!

Лицинию

Лициний, зришь ли ты: на быстрой колеснице,
Венчанный лаврами, в блестящей багрянице,
Спесиво развалясь, Ветулий молодой
В толпу народную летит по мостовой?
Смотри, как все пред ним смиренно спину клонят;
Смотри, как ликторы народ несчастный гонят!
Льстецов, сенаторов, прелестниц длинный ряд
Умильно вслед за ним стремит усердный взгляд;
Ждут, ловят с трепетом улыбки, глаз движенья,
Как будто дивного богов благословенья;
И дети малые и старцы в сединах,
Все ниц пред идолом безмолвно пали в прах:

Венера Милосская и Вячеслав Полонский

Сегодня я,
     поэт,
         боец за будущее,
оделся, как дурак.
        В одной руке —
венок
  огромный
      из огромных незабудищей,
в другой —
     из чайных —
           розовый букет.
Иду
  сквозь моторно-бензинную мглу
в Лувр.
Складку
   на брюке
        выправил нервно;
не помню,
     платил ли я за билет;
и вот
  зала,
     и в ней
        Венерино
дезабилье.
Первое смущенье.
        Рассеялось когда,
я говорю:

В повестку дня

Ставка на вас,
       комсомольцы товарищи, —
на вас,
    грядущее творящих!
Петь
   заставьте
       быт тарабарящий!
Расчистьте
     квартирный ящик!
За десять лет —
        устанешь бороться, —
расшатаны
     — многие! —
            тряской.
Заплыло
    тиной
       быта болотце,
покрылось
     будничной ряской.
Мы так же
     сердца наши
           ревностью жжем —
и суд наш
     по-старому скорый:
мы
      часто
     наганом

Страницы