Стихи о временах года

Мне б хотелось
       про Октябрь сказать,
               не в колокол названивая,
не словами,
      украшающими
            тепленький уют, —
дать бы
    революции
         такие же названия,
как любимым
       в первый день дают!
Но разве
     уместно
         слово такое?
Но разве
    настали
        дни для покоя?
Кто галоши приобрел,
          кто зонтик;
радуется обыватель:
         «Небо голубо̀…»
Нет,
  в такую ерунду
         не расказёньте

Буду петь тебя на новых струнах,
О, юница, играющая
В моем одиноком сердце.

Оплету тебя гирляндами,
О, прелестная женщина,
Избавляющая от грехов.

Словно благодатную Лету,
Буду пить твои поцелуи,
Влекущие, как магнит.

Когда буря пороков
Затмила все пути,
Ты предстала мне, богиня,

Словно путеводная звезда
В бушующем море…
Я возлагаю сердце на твой алтарь!

Купель, полная добродетелей,
Источник вечной молодости,
Отверзи мои немые уста!

Как пережить и как оплакать мне
Бесценных дней бесценную потерю?

Но всходит ветр в воздушной вышине.
Я знаю всё. Я промолчу. Я верю.

Душа: в душе — в душе весной весна…
Весной весна,— и чем весну измерю?

Чем отзовусь, когда придет она?
Я промолчу — не отзовусь… Не верю.

Не оскорбляй моих последних лет.
Прейдя, в веках обиду я измерю.

Я промолчу. Я не скажу — нет, нет.
Суров мой суд. Как мне сказать: «Не верю»?

Текут века в воздушной вышине.
Весы твоих судеб вознес,— и верю.

Гляжу из окна я вдоль окон:
здесь — голос мне слышится пылкий
и вижу распущенный локон…
Там вижу в окне я бутылки…

В бутылках натыкана верба.
Торчат ее голые прутья.
На дворике сохнут лоскутья…
И голос болгара иль серба

гортанный протяжно рыдает…
И слышится. «Шум на Марица…»
Сбежались А сверху девица
с деньгою бумажку бросает.

Утешены очень ребята
прыжками цепной обезьянки.
Из вечно плаксивой Травьяты
мучительный скрежет шарманки.