Стихи классиков

Римский праздник

Не напевай тоскливой муки
И слезный трепет утиши,
Воздушный голос!— Эти звуки
Смущают кроткий мир души.

Вокруг светло. На праздник Рима
Взглянули ярко небеса—
И высоко-неизмерима
Их светло-синяя краса.

Толпа ликует как ребенок,
На перекрестках шум и гул,
В кистях пунцовых, бодр и звонок,
По мостовой ступает мул.

В дыханьи чары мимолетной
Уже ласкались вкруг меня
И радость жизни беззаботной
И свет безоблачного дня.

Ропот

Красного лета отрава, муха досадная, что ты
Вьёшься, терзая меня, льнешь то к лицу, то к перстам?
Кто одарил тебя жалом, властным прервать самовольно
Мощно-крылатую мысль, жаркой любви поцелуй?
Ты из мечтателя мирного, нег европейских питомца,
Дикого скифа творишь, жадного смерти врага.

Стихи русских поэтов про Рождество Христово

Рождество в Абиссинии
Николай Гумилев
Месяц встал; ну что ж, охота?
Я сказал слуге: «Пора!
Нынче ночью у болота
Надо выследить бобра».

Но, осклабясь для ответа,
Чуть скрывая торжество,
Он воскликнул: «Что ты, гета,
Завтра будет Рождество.

И сегодня ночью звери:
Львы, слоны и мелкота —
Все придут к небесной двери,
Будут радовать Христа.

Стихи к 1 мая короткие детские

Вместе со всеми
С. Погореловский
Вот и настало
Счастливое время:
Всюду знамена,
Улыбки, цветы!...
Вместе со всеми,
Вместе со всеми -
В майской колонне сегодня и ты.
Слышат везде -
И в Мосве, и в Сибири:
Вместе со всеми,
Запел ты о мире,
Гром прокатился,
Качнулась гора, -
Вместе со всеми,
Ты крикнул "Ура!"
Солнце, дивясь,
Поглядело из тучи:
Вместе со всеми

Цветы зла

Предисловие

Безумье, скаредность, и алчность, и разврат
И душу нам гнетут, и тело разъедают;
Нас угрызения, как пытка, услаждают,
Как насекомые, и жалят и язвят.

Упорен в нас порок, раскаянье – притворно;
За все сторицею себе воздать спеша,
Опять путем греха, смеясь, скользит душа,
Слезами трусости омыв свой путь позорный.

И Демон Трисмегист, баюкая мечту,
На мягком ложе зла наш разум усыпляет;
Он волю, золото души, испепеляет,
И, как столбы паров, бросает в пустоту;

Pranciscae Meae Laudes

Похвалы моей Франциске

Буду петь тебя на новых струнах,
О, юница, играющая
В моем одиноком сердце.

Оплету тебя гирляндами,
О, прелестная женщина,
Избавляющая от грехов.

Словно благодатную Лету,
Буду пить твои поцелуи,
Влекущие, как магнит.

Когда буря пороков
Затмила все пути,
Ты предстала мне, богиня,

Словно путеводная звезда
В бушующем море…
Я возлагаю сердце на твой алтарь!

Купель, полная добродетелей,
Источник вечной молодости,
Отверзи мои немые уста!

Седое небо надо мной...

Седое небо надо мной
И лес раскрытый, обнаженный.
Внизу, вдоль просеки лесной,
Чернеет грязь в листве лимонной.

Вверху идет холодный шум,
Внизу молчанье увяданья…
Вся молодость моя – скитанья
Да радость одиноких дум!

1889

Подражание Лафару

Свободу дав тоске моей,
Уединённый, я недавно
О наслажденьях прежних дней
Жалел и плакал своенравно.
«Всё обмануло,— думал я, —
Чем сердце пламенное жило,
Что восхищало, что томило,
Что было цветом бытия!
Наставлен истиной угрюмой,
Отныне с праздною душой
Живых восторгов лёгкий рой
Я заменю холодной думой
И сердца мёртвой тишиной!»
Тогда с улыбкою коварной
Предстал внезапно Купидон.
«О чём вздыхаешь,— молвил он, —
О чём грустишь, неблагодарный?
Забудь печальные мечты:

Влюбленному

Как вести о дороге трудной,
Когда-то пройденной самим,
Внимаю речи безрассудной,
Надеждам розовым твоим.
Любви безумными мечтами
И я по-твоему кипел,
Но я делить их не хотел
С моими праздными друзьями.
За счастье сердца моего
Томим боязнию ревнивой,
Не допускал я никого
В тайник души моей стыдливой.
Зато теперь, когда угас
В груди тот пламень благодатный,
О прошлом счастии рассказ
Твержу с отрадой непонятной.
Так проникаем мы легко
И в недоступное жилище,
Когда хозяин далеко

Не говори, мой друг: Она меня забудет...

Не говори, мой друг: «Она меня забудет,
Изменчив времени всемощного полет;
Измученной души напрасный жар пройдет,
И образ роковой преследовать не будет
Очей задумчивых; свободней и смелей
Вздохнет младая грудь; замедленных речей
Польется снова ток блистательный и сладкой;
Ланиты расцветут — и в зеркало украдкой
Невольно станет взор с вопросом забегать,—
Опять весна в груди — и счастие опять».
Мой милый, не лелей прекрасного обмана:
В душе мечтательной смертельна эта рана.
Видал ли ты в лесах под тению дубов

Страницы