Стихи о животных

Лети отсюда, белый мотылек ...

Z. K.

Лети отсюда, белый мотылек.
Я жизнь тебе оставил. Это почесть
и знак того, что путь твой недалек.
Лети быстрей. О ветре позабочусь.
Еще я сам дохну тебе вослед.
Несись быстрей над голыми садами.
Вперед, родной. Последний мой совет:
Будь осторожен там, над проводами.
Что ж, я тебе препоручил не весть,
а некую настойчивую грезу;
должно быть, ты одно из тех существ,
мелькавших на полях метемпсихоза.
Смотри ж, не попади под колесо
и птиц минуй движением обманным.
И нарисуй пред ней мое лицо

1960

Стихи о чести

О нет, я никогда не ревновал,
Ревнуют там, где потерять страшатся.
Я лишь порою бурно восставал,
Никак не соглашаясь унижаться.

Ведь имя, что ношу я с детских лет,
Не просто так снискало уваженье.
Оно прошло под заревом ракет
Сквозь тысячи лишений и побед,
Сквозь жизнь и смерть, сквозь раны и сраженья.

И на обложках сборников моих
Стоит оно совсем не ради славы.
Чтоб жить и силой оделять других,
В каких трудах и поисках каких
Все эти строки обретали право!

1972 г.

Эфемера Вульгарис

Серебристый огонь под сачком дрожит,
Только друг мой добыче той рад не очень:
Эфемера Вульгарис… Обычный вид.
Однодневная бабочка. Мелочь, в общем…

Что ж, пускай для коллекции в строгой раме
Не такая уж это находка. Пусть!
Только я к Эфемере вот этой самой
Как-то очень по-тёплому отношусь.

Мы порой с осужденьем привыкли звать
Несерьёзных людей и иные отсевки
Нарицательно: «Бабочки-однодневки».
Я б иную тут всё-таки клал печать.

1969 г.

Орел и пчела

Счастлив, кто на чреде трудится знаменитой:
  Ему и то уж силы придает,
Что подвигов его свидетель целый свет.
Но сколь и тот почтен, кто, в низости сокрытый,
За все труды, за весь потерянный покой,
  Ни славою, ни почестьми не льстится,
   И мыслью оживлен одной:
   Что к пользе общей он трудится.

Здравствуйте!

Украсьте цветами!
         Во флаги здания!
Снимите кепку,
         картуз
         и шляпу:
британский лев
          в любовном признании
нам
       протянул
      когтистую лапу.
И просто знать,
      и рабочая знать
годы гадала —
      «признать — не признать?»
На слом сомненья!
         Раздоры на слом!
О, гряди
послом,
О’Греди!
Но русский
      в ус усмехнулся капризно:
«Чего, мол, особенного —
            признан так признан!»
Мы славим

Прогулка

Шел медведь
вздув рога
стучала его одервенелая нога
он был генералом
служил в кабаке
ходил по дорогам
в ночном колпаке
увидя красотку
он гладил усы
трепал он бородку
смотрел на часы
пятнадцать минут
проходили шутя
обрушился дом
подрастало дитя
красотка в доспехе
сверкала спиной
на бледном коне
и в щетине свиной.
Рука облетала
на конский задок
коса расцветала
стыдливый цветок.
Белый воздух
в трех шагах
глупо грелся
на горах

Орел и паук

   За облака Орел
   На верх Кавказских гор поднялся;
    На кедре там столетнем сел
И зримым под собой пространством любовался.
Казалось, что оттоль он видел край земли:
Там реки по степям излучисто текли;
   Здесь рощи и луга цвели
   Во всем весеннем их уборе;
  А там сердитое Каспийско Море,
Как ворона крыло, чернелося вдали.
«Хвала тебе, Зевес, что, управляя светом,
Ты рассудил меня снабдить таким полетом,
Что неприступной я не знаю высоты»,
   Орел к Юпитеру взывает:

Кое-что по поводу дирижера

В ресторане было от электричества рыжо́.
Кресла облиты в дамскую мякоть.
Когда обиженный выбежал дирижер,
приказал музыкантам плакать.

И сразу тому, который в бороду
толстую семгу вкусно нес,
труба — изловчившись — в сытую морду
ударила горстью медных слез.

Еще не успел он, между икотами,
выпихнуть крик в золотую челюсть,
его избитые тромбонами и фаготами
смяли и скакали через.

Мышь и крыса

«Соседка, слышала ль ты добрую молву?»
   Вбежавши, Крысе Мышь сказала —
«Ведь кошка, говорят, попалась в когти льву?
  Вот отдохнуть и нам пора настала!» —
    «Не радуйся, мой свет»,
   Ей Крыса говорит в ответ:
   «И не надейся попустому!
   Коль до когтей у них дойдет,
   То, верно, льву не быть живому:
   Сильнее кошки зверя нет!»

Стихотворение одежно-молодежное

В известном октябре
         известного годика
у мадам
   реквизнули
           шубку из котика.
Прождав Колчака,
       оттого и потом
простилась
    мадам
       со своим мантом.
Пока
    добивали
      деникинцев кучки,
мадам
  и жакет
      продала на толкучке.
Мадам ожидала,
       дождаться силясь,
и туфли,
   глядишь,
       у мадам износились.
Мадамью одежу
          для платья удобного
забыли мы?
    Ничего подобного!
Рубли

Страницы