Иван Андреевич Крылов

Обезьяна

    Как хочешь ты трудись;
    Но приобресть не льстись
   Ни благодарности, ни славы,
Коль нет в твоих трудах ни пользы, ни забавы.

Квартет

    Проказница-Мартышка,
      Осел,
      Козел,
    Да косолапый Мишка
   Затеяли сыграть Квартет.
  Достали нот, баса, альта, две скрипки
   И сели на лужок под липки,—
   Пленять своим искусством свет.
Ударили в смычки, дерут, а толку нет.
«Стой, братцы, стой!» кричит Мартышка: «погодите!
Как музыке итти? Ведь вы не так сидите.
Ты с басом, Мишенька, садись против альта,
   Я, прима, сяду против вторы;
  Тогда пойдет уж музыка не та:
   У нас запляшут лес и горы!»
   Расселись, начали Квартет;

Крестьяне и река

   Крестьяне, вышед из терпенья
     От разоренья.
   Что речки им и ручейки
   При водопольи причиняли,
  Пошли просить себе управы у Реки,
В которую ручьи и речки те впадали.
   И было что́ на них донесть!
    Где озими разрыты;
  Где мельницы посорваны и смыты;
  Потоплено скота, что и не счесть!
А та Река течет так смирно, хоть и пышно;
  На ней стоят большие города,
     И никогда
   За ней таких проказ не слышно:

Лев и волк

  Лев убирал за завтраком ягнёнка;
     А собачонка,
   Вертясь вкруг царского стола,
У Льва из-под когтей кусочек урвала;
И Царь зверей то снес, не огорчась ни мало:
Она глупа еще и молода была.
  Увидя то, на мысли Волку вспало,
   Что Лев, конечно, не силен,
     Коль так смирен:
И лапу протянул к ягнёнку также он.
    Ан вышло с Волком худо:
   Он сам ко Льву попал на блюдо.
Лев растерзал его, примолвя так: «Дружок,
   Напрасно, смо́тря на собачку,
Ты вздумал, что тебе я также дам потачку:

Скупой и курица

Скупой теряет всё, желая всё достать.
  Чтоб долго мне примеров не искать,
  Хоть есть и много их, я в том уверен;
   Да рыться лень: так я намерен
   Вам басню старую сказать.

Разборчивая невеста

Невеста-девушка смышляла жениха:
    Тут нет еще греха,
  Да вот что грех: она была спесива.
Сыщи ей жениха, чтоб был хорош, умен,
И в лентах, и в чести, и молод был бы он
(Красавица была немножко прихотлива):
Ну, чтобы всё имел — кто ж может всё иметь?
    Еще и то заметь,
Чтобы любить ее, а ревновать не сметь.
Хоть чудно, только так была она счастлива,
   Что женихи, как на отбор,
  Презнатные катили к ней на двор.
Но в выборе ее и вкус и мысли тонки:
Такие женихи другим невестам клад,

Лягушки, просящие царя

   Лягушкам стало не угодно
    Правление народно,
И показалось им совсем не благородно
   Без службы и на воле жить.
    Чтоб горю пособить,
То стали у богов Царя они просить.
Хоть слушать всякий вздор богам бы и не сродно,
На сей однако ж раз послушал их Зевес:
Дал им Царя. Летит к ним с шумом Царь с небес,
  И плотно так он треснулся на царство,
Что ходенем пошло трясинно государство:
    Со всех Лягушки ног
    В испуге пометались,
   Кто как успел, куда кто мог,

Волк и кукушка

«Прощай, соседка!» Волк Кукушке говорил:
«Напрасно я себя покоем здесь манил!
  Всё те ж у вас и люди, и собаки:
Один другого злей; и хоть ты ангел будь,
   Так не минуешь с ними драки».—
   «А далеко ль соседу путь?
  И где такой народ благочестивой,
  С которым думаешь ты жить в ладу?» —
   «О, я прямехонько иду
   В леса Аркадии счастливой.
   Соседка, то́-то сторона!
  Там, говорят, не знают, что́ война;
   Как агнцы, кротки человеки,
   И молоком текут там реки;

Мешок

    В прихожей на полу,
      В углу,
    Пустой мешок валялся.
    У самых низких слуг
Он на обтирку ног нередко помыкался;
      Как вдруг
    Мешок наш в честь попался
   И весь червонцами набит,
В окованном ларце в сохранности лежит.
   Хозяин сам его лелеет,
   И бережет Мешок он так,
    Что на него никак
Ни ветер не пахнет, ни муха сесть не смеет;
    А сверх того с Мешком
    Весь город стал знаком.
  Приятель ли к хозяину приходит:
Охотно о Мешке речь ласкову заводит;

Волк и лисица

    Охотно мы дарим,
  Что́ нам не надобно самим.
   Мы это басней поясним,
Затем, что истина сноснее вполоткрыта.

Страницы