Стихи о красоте

Время сердцу быть в покое...

Время сердцу быть в покое
От волненья своего
С той минуты, как другое
Уж не бьется для него;
Но пускай оно трепещет —
То безумной страсти след:
Так всё бурно море плещет,
Хоть над ним уж бури нет! ..

Неужли ты не видала
В час разлуки роковой,
Как слеза моя блистала,
Чтоб упасть перед тобой?
Ты отвергнула с презреньем
Жертву лучшую мою,
Ты боялась сожаленьем
Воскресить любовь свою.

Эпитафия («Прости! увидимся ль мы снова...»)

Прости! увидимся ль мы снова?
И смерть захочет ли свести
Две жертвы жребия земного,
Как знать! итак прости, прости! ..
Ты дал мне жизнь, но счастья не дал;
Ты сам на свете был гоним,
Ты в людях только зло изведал…
Но понимаем был одним.
И тот один, когда рыдая
Толпа склонялась над тобой,
Стоял, очей не обтирая,
Недвижный, хладный и немой.
И все, не ведая причины,
Винили дерзостно его,
Как будто миг твоей кончины.
Был мигом счастья для него.
Но что ему их восклицанья?

Быть голубкой его орлиной...

Быть голубкой его орлиной!
Больше матери быть,— Мариной!
Вестовым — часовым — гонцом —

Знаменосцем — льстецом придворным!
Серафимом и псом дозорным
Охранять непокойный сон.

Сальных карт захватив колоду,
Ногу в стремя!— сквозь огнь и воду!
Где верхом — где ползком — где вплавь!

Тростником — ивняком — болотом,
А где конь не берет,— там лётом,
Все ветра полонивши в плащ!

Черным вихрем летя беззвучным,
Не подругою быть — сподручным!
Не единою быть — вторым!

Рифмованные лозунги

Возможен ли
        социализм
           в безграмотной стране?
—Нет!
Построим ли мы
        республику труда?
—Да.
Чтоб стройка
      не зря
         была начата́,
чтоб не обрушились
         коммуны леса —
надо,
     чтоб каждый в Союзе
            читал,
надо,
     чтоб каждый в Союзе
            писал.
На сделанное
      не смотри
           довольно, умиленно:
каждый девятый
        темен и сер.
15,
 15 миллионов
безграмотных

Разговор с фининспектором о поэзии

Гражданин фининспектор!
            Простите за беспокойство.
Спасибо…
     не тревожтесь…
              я постою…
У меня к вам
      дело
         деликатного свойства:
о месте
    поэта
      в рабочем строю.
В ряду
   имеющих
        лабазы и угодья
и я обложен
     и должен караться.
Вы требуете
        с меня
         пятьсот в полугодие
и двадцать пять
        за неподачу деклараций.
Труд мой
     любому
         труду

Слушай, наводчик!

Читаю…
    Но буквы
        казались
мрачнее, чем худший бред:
«Вчера
   на варшавском вокзале
убит
  советский полпред».
Паны воркуют.
      Чистей голубицы!
—Не наша вина, мол… —
           Подвиньтесь, паны́,
мы ищем тех,
      кто рево́львер убийцы
наводит на нас
      из-за вашей спины.
Не скроете наводчиков!
За шиворот молодчиков!
И видим:
    на плитах,
        что кровью намокли,
стоит
  за спиной
      Чемберлен * в монокле.
И мы

Весна — это свет и в любовь окно ...

Весна — это свет и в любовь окно.
И выше нет в мире авторитета.
Её воспевают в стихах поэты
И тянут художники на полотно.

Весна — расслабление и порыв!
И нет ни вредней её, ни полезней.
Она — обостренье всех чувств людских
И, к сожаленью, вещей иных,
Она — обострение всех болезней…

1994 г.

Сердцу — сердце

1.Элегия

Моими слезами земля орошена
На мысе маленьком при речке быстрой устьи,
Есть там высокая тоскливая сосна,
Есть в песне дерева немало нежной грусти.
Моими грезами впервые создана,
Запечатлелась ты в нежизненном убранстве;
И та высокая тоскливая сосна—
Моя любовь к тебе в священном постоянстве.

2.Стансы

Высоко полный месяц стоит...

Высоко полный месяц стоит
В небесах над туманной землей,
Бледным светом луга серебрит,
Напоенные белою мглой.

В белой мгле, на широких лугах,
На пустынных речных берегах
Только черный засохший камыш
Да верхушки ракит различишь.

И река в берегах чуть видна…
Где-то мельница глухо шумит…
Спит село… Ночь тиха и бледна,
Высоко полный месяц стоит.

1887

Страницы